В начале своей эволюции человечество было поражено небывалой способностью духа. Умершие являлись во сне, люди получали таинственные откровения. Как обращаться с этими явлениями духа, которые живое существо на земле переживало впервые? Как смотреть на явления духа? Как видеть отношение двух начал — сердца и тела, души и плоти, духа и тела? В учениях о природе человека цивилизации Востока и Запада расходятся у самого истока. Восток толкует эти два начала как гармонию духа и тела (心身), Запад — как борьбу духа и плоти (靈肉). Здесь начинаются ответы Востока и Запада на вопрос: кто мы?
Запад, рассматривающий дух и инстинкт как отдельные существа и сосредоточенный на духе, называет дух разными именами: душа, дух, разум. Слово «душа» употреблялось главным образом в древности и связано с религией. Считается, что душа живёт после смерти и пребывает с Богом. Слово «дух» употреблял главным образом средневековый теоцентризм (神本主義). Слово «разум» употреблял главным образом рационализм Запада Нового времени. Разум иногда ограничивают частью духа — той, что мыслит логически, частью более широкого духа. Восток не привык к таким разделениям. На Востоке, мало интересующемся богооткровенной религией и метафизикой, такие различения даже не нужны. На Востоке, где учение о природе человека опирается на взаимодополнение духа и тела, говорят о духе и теле (心身), и это выражение объемлет всё. В этой книге, анализирующей цивилизации Востока и Запада, душа, дух и разум рассматриваются как одно и то же. Ведь все они происходят из неокортекса. Входить внутрь неокортекса, чтобы анализировать душу, дух и разум, — не цель этой книги.
Запад по своим геополитическим условиям должен был прилагать к самосохранению гораздо больше усилий, чем Восток. Он стал почитать дух и сплачиваться вокруг него. Западная цивилизация отличает дух от инстинкта и рассматривает дух как особое существо. Рассматривая западную цивилизацию, видишь, что поначалу она изображала существование духа в виде сосновой шишки и ока души и поклонялась им. Эти основы начали закладываться в греко-римской цивилизации. Затем почитание духа соединилось с религией, и Запад пережил тёмные века Средневековья, поставив в центр своей цивилизации теоцентризм.163 В Новое время почитание духа развилось в рационализме в философскую систему, сосредоточенную на разуме. В конечном счёте почитание духа на тысячелетия стало сердцевиной философской системы западной цивилизации.
В цивилизации, почитающей дух, между инстинктом и духом возникает конфликт: человек не может сохранить свою целостность и становится отчуждённым (alienated). И чтобы преодолеть это чувство отчуждения или доказать сверхъестественность духа, ему приходится создать сверхъестественное существо и отождествить (identify) с ним дух. Он создаёт Бога, подобного человеку, но сверхъестественного. Создав Бога, достаточно поручить трансцендентному Богу труд объяснения явлений духа. Как говорит Фромм, «богословие приходит к мистике», и, как отмечает и Фейербах, «для человека Бог — это его собственный дух, сама его душа». 164 Когда дух соединяется с Богом, тело рассматривается как материя, и разделение духа и плоти становится отчётливым. Поскольку природу считают материей, возникает противопоставляющее разделение (dichotomy) человека и природы, а вместе с ним и противопоставление Бога и природы.
Когда сверхъестественный дух рассматривают рационально, с философской точки зрения, это и становится истоком метафизики. Попадаешь в лабиринт, где нужно рационально объяснить по сути иррациональные явления духа, и от этого бесконечного и непознаваемого поиска в конце концов приходится отказаться на полпути: он оборачивается рождением чудовища — «рационального Бога». Человек занимает место Бога. Таков путь от духа Парменида к абсолютному духу Гегеля. В западной цивилизации после Возрождения на опыте убеждаешься, что «религия — метафизика толпы, а метафизика — религия философов». Дух, который провозглашает религия, переходит на Западе в рационализм Нового времени, а затем в эпоху идеологий XX века.165
В этом и заключается смятение западной философии XX века. На почве, где пали средневековое богословие и метафизика Нового времени, осталась одна наука. Запад должен заново построить философскую основу, на которую могла бы опереться наука. Нельзя ставить будущее человечества на развитую Западом науку или на ИИ, потомка промышленной революции. Чтобы развить здоровую философскую систему, Запад должен по-новому подойти к природе человека.
Восток постигает явления духа как одну из способностей человека, считает их естественными и видит в них часть явлений природы. На этом основываются мысли о единстве духа и тела и учение о ли и ци. Нет и склонности связывать их с религией или метафизикой, опирающимися на отделённый дух. Сосредоточиваются на здоровой этике, политике и политической экономии. В восточной цивилизации дух приходит в гармонию с инстинктом и играет роль связующего звена между человеком и природой. На Востоке философия Дао связывает человека и природу, а конфуцианство — людей между собой. Благодаря этим связям человек сохраняет свою целостность (integrity) без разделения. Как сказал Гёте, «природу познаёт весь человек целиком, и живущий человек — это весь человек целиком».166 В восточной цивилизации становится возможным искать целостную природу человека через естественное учение о природе человека. Эта мысль составляет основу восточной цивилизации. Западное учение о природе человека ищет завета между Богом и человеком или общественного договора между людьми, основанного на природе человека. Важными становятся законы и институты. Восточное учение о природе человека сосредоточено на воспитании характера усилиями каждого в пределах врождённой природы человека. Это восточное учение о природе человека ведёт к развитию этики и политической экономии.